Родину мало просто любить, ее нужно защищать, как родную мать – говорит народная мудрость. Но что, если ее сыновья не хотят оборонять свой отчий дом и трусливо сбегают, предательски делая вид, что их родной земле не грозит неофашизм? К сожалению, такая ситуация сложилась и в 2014 году, когда украинские каратели подло выстрелили в спину мирным жителям Донбасса. Именно тогда многие представители мужского населения региона проявили трусость и бежали в Россию, оставив своих родных на растерзание войне.

Тогда, преодолев тысячи километров, на помощь ополченцам Республик пришли русские добровольцы, ставшие на защиту женщин, стариков и детей Донбасса. Мне удалось пообщаться с брянским добровольцем, старшим лейтенантом Виталием Разуваевым, воюющего за свободу Донецкой Народной Республики, несмотря на многочисленные тяжелые ранения и частичную потерю зрения.

Если не я — то, кто?
— В 2014 году многие мужчины Донбасса позорно бежали, бросив свою Родину. Почему вы встали в строй и решили помочь нашим ополченцам защитить Республику?
— Если бы я это не сделал — то, кто? В то время, когда многие местные парни говорили, что это не их война и воевать это не их дело, я уже принял твердое решение приехать на Донбасс.
— Как относитесь к мужчинам Донбасса, которые «отсиделись» в России?
— Что тут ответить…(Смеется). Думаю, у них появился новый праздник. Восьмое марта им можно отмечать вместе со своими женами и дочерьми.
— Могли предположить, что на Донбассе начнется война?
— За полгода до начала войны, я уже знал, что противостояния не избежать. Майдан и медленное, но уверенное продвижение сил НАТО к границам России не могли привести к ничему хорошему.
— Говорят, война на Донбассе имеет свой неповторимый «колорит».
— Так точно. Еще во время своего первого боя в Донецком аэропорту я понял, что война на Донбассе особенная. Это война с неофашистами, она освободительная. Помню, в тот день многие ребята получили контузии и тяжелые ранения. Тогда я осознал, что воюю с настоящими фашистами. Но у этой войны одна общая черта с другими мировыми конфликтами – везде одинаково льется кровь, страдают дети, женщины и старики.

Не боится только псих.
— Давно воюете рука об руку с нашими ребятами?
— Мой дед воевал с фашистами, и я решил продолжить его дело. Вступил в ополчение практически с первых дней войны – летом 2014 года. У меня на Донбассе живут родственники. Я твердо решил защитить их и всех жителей Республики.
— Ваши близкие не переживают за вас?
— Мой отец гордится мной. Мои друзья и знакомые меня тоже конечно поддерживают. И я, пройдя не одно боевое сражение в Шахтерске, Иловайске, Дебальцево, ни разу не усомнился в правильности своего решения. (Задумался).
— Говорят, что даже самым смелым воинам страшно, когда рядом с ними ложатся снаряды….
— Это чистая правда. Те, кто говорят, что им не страшно — врут. Не боится только псих. Ему ничего не страшно.
— Помните свой самый трудный бой?
— Они все трудные. Хотя, скажу честно, само трудно мне с моими боевыми товарищами было во время боя за Марьинку в 2015 году. Мы тогда не могли ни на секунду высунуть голову из окопа. Был очень плотный огонь. Я до сих пор помню этот бой в мельчайших подробностях.
— Мне известно, что у вас большое количество боевых ранений, однако вы до сих пор в строю.
— Да. Эта война лишила меня глаза. Еще меня ранило в легкое и я получил серьезную контузию. Это произошло под Марьинкой. Тогда я был на пороге смерти. Но после долгих месяцев лечения я решил снова вернуться на Донбасс и остаться в строю. Если я не погиб, значит еще не принял участие в своем главном бою.

Донецк – моя вторая Родина.
— Думаю, нашим читателям будет интересно узнать о вас как о личности. Какая ваша мечта?
— Я мечтаю, чтобы на Донбасс пришел мир. Надеюсь, что скоро жители Республик смогут спокойно ходить на работу и растить детей.
— Многие добровольцы говорят о том, что Донецк стал для них вторым домом.
— Я редко хожу по улицам столицы Республики. Большинство своего времени провожу на передовой. Для меня Донецк – это моя вторая Родина. Он стал мне роднее, чем Брянск. Цветущий город, сильные люди, поддерживающие жизнь города даже во время бомбежек – это то, ради чего стоит бороться.
— И все же война коснулась каждого.
— Безусловно. Война разрушила ни одну человеческую жизнь…(Задумался).
— Наверное, страдания женщин, детей и стариков – это самое худшее, что приходится видеть добровольцу.
— Согласен с вами. Я до сих пор помню, как в 2015 году в Шахтерске жителям города раздавали гуманитарный хлеб. К нам подошла бабушка, взяла буханку и заплакала. В ее глазах застыл немой вопрос: «За что?». (Вздыхает). Это очень тяжело и больно, когда мирное население страдает.

Лучшая награда – это благополучие боевых товарищей.
— Любому воину приятно, когда его подвиги не забывают. У вас много наград?
— Довольно много. Среди них и нагрудный знак «Доброволец Донбасса». Я горжусь своими наградами, но для меня лучшая награда – это благополучие моих боевых товарищей.
— Вы сказали, что для вас Донецк стал вторым домом. После окончания войны собираетесь остаться жить в Республике?
— Да. Я останусь жить на Донбассе навсегда. Здесь я встретил свою любовь. Здесь моя девушка Оксана родила мне сына. Это самое счастливое событие в моей жизни. (Улыбается).
— Многие бойцы теряют боевой дух, когда активные боевые действия прекращаются и война входит в стадию «затишья».
— Меня это не коснулось. Всем моим боевым товарищам я желаю не терять оптимизм. Имейте горячее сердце и холодную голову. Мы обязательно победим. По-другому быть просто не может!

После таких душевных интервью очень хочется верить, что война на Донбассе вскоре закончится, и мы сможем жить в мире и радости. Надеюсь, что Виталий «Бушмэн» выживет в этой войне и будет жить долго и счастливо. Храни тебя Бог, Доброволец!

Спецкор СДД в ДНР Татьяна Каралёва

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.