Война на Донбассе. Для мирных жителей Республик – это потеря близких и разрушенное жилье. А для добровольцев Донбасса – ранения и смерть боевых товарищей. К сожалению, не каждому из воинов дано выдержать груз, который возложила на них война. Многие получают тяжелые ранения. Раны душевные и физические вынуждают их уйти на покой.

Однако так бывает не всегда. Воинский дух помогает бойцам преодолеть свою боль и продолжить эту нелегкую войну. Каждый из них достоин глубокого уважения и отдельной беседы. Сегодня я пообщалась с храбрым воином и человеком долга – сибирским добровольцем Евгением «Абаканом», потерявшим в боях свое здоровье.

«Кровавое» 9 мая изменило мою жизнь навсегда.

— Как вы жили до того, как решили помочь молодым Республикам?
— Я родился в Сибири. Еще с юности привык много работать. Трудился помощником машиниста тепловоза. Я хорошо помню «мирные» страницы своей жизни. Дом, работа. Все как у обычных работяг. Ничего выдающегося. Так я жил всю свою жизнь, пока одно событие изменило меня навсегда.

— Что же изменило вашу мирную жизнь и заставило взять в руки оружие?
— Хоть я и не политик, но еще в феврале 2014 понял, что Украину ждет гражданская война. События 2 мая в Одессе и «празднование» на крови 9 мая в Мариуполе, когда мирных людей сжигали и расстреливали, заставили меня навсегда изменить свою жизнь.

— Решение оставить свой город и приехать на Донбасс пришло к вам неожиданно?
— Да. Когда на Украине только начались протесты, я и не думал, что мне придется бороться с неофашизмом. Другая страна, другие люди…Поначалу, мне казалось, что меня это не коснется. Но вышесказанные события изменили меня изнутри.

— Семья и друзья поддержали ваше решение принять участие в борьбе?
— Я и мой друг приняли это непростое решение вместе и отправились на Донбасс. Двадцатого сентября 2014 года уже были в Донецкой Народной Республике. Моей маме я не стал сообщать об этом. Она очень переживает за меня и никогда бы не одобрила мое желание уехать на войну. Материнская любовь, сами понимаете. (Улыбается).

— Вы просто ушли и не вернулись?
— Совершенно верно. Я сказал, что пошел за хлебом и уже не вернулся домой. Мама узнала о моем решении, когда меня уже не было в городе. Сейчас она смирилась с этим, и мы постоянно держим связь.

«Поймал» на себя две «градины» .

— По сей день несете службу вместе со своим товарищем?
— Нет. Мой друг уже сложил голову за правду. Он был настоящим боевым товарищем. К сожалению, он трагически погиб в октябре 2014 года, в Донецком аэропорту.

— Смерть друга повлияла на ваш боевой дух? Некоторые после смерти близких товарищей начинают бездумно кидаться на врага и погибают следом за своими друзьями.
— После его кончины я действительно был подавлен. По сей день меня не покидает желание отомстить за его смерть. Но бездумно кидаться на врага я не буду.

— После смерти друга отношение к народу Украины и к украинским военнослужащим изменилось?
— Нет. Для меня народ Украины – это братский народ. Но военнослужащие Украины – это нелюди. К ним у меня отношение совершенно противоположное. Сегодня – они враги своего же народа.

— Помните свое боевое крещение?
— Я запомнил его в мельчайших подробностях. Была ранняя осень. Двадцать восьмое сентября, если быть точным. Тогда мы обороняли Донецкий аэропорт. Сидели в старом терминале «воздушной гавани» Республики. Бой был очень тяжелым. Именно тогда меня ранило. По нам «отработали» «Градом». Я «поймал» на себя две «градины». Слава Богу, остался жив. В отличии от классической войны, где бой обычно контактный, на Донбассе война артиллерии. Очень тяжело сражаться, когда не видишь своего противника. Велика вероятность, что тебя неожиданно убьют.

— Свой боевой путь на Донбассе, вы, наверное, тоже запомните на всю свою жизнь?
— Конечно. После боев за аэропорт, где я был тяжело ранен, меня увезли на Родину. В начале августа 2015, спустя долгие месяцы лечения, я вернулся на Донбасс. И вот как «новенький», вновь в строю. (Смеется).

Я навсегда влюблен в Донецк!

— После смерти друга и тяжелого ранения, вы не просто вернулись на Донбасс помогать жителям Республики на гуманитарном уровне, но и стали принимать участие в боях?
— Да. Уже после возвращения на Донбасс, я участвовал в обороне Дебальцево. Город уже был освобожден и его требовалось постоянно защищать. Позже мы обороняли Коминтерново и промзону Ясиноватой. Сегодня я тоже регулярно выезжаю на передовую. Там я делаю то же самое, но только доступным для себя способом.

— И все же ранение мешает вам в боях?
— Да. Безусловно. Я получил ранение в лицо и лишился кисти левой руки. Тогда я был в шоковом состоянии, даже не сразу понял, что произошло. После шок сменился депрессией. Радовало только то, что хотя бы правая рука осталась невредимой. Прошло некоторое время, и я понял, что жизнь — продолжается. Да, травма мешает мне, но ранение – это не повод закрыться в себе и смотреть, как на Донбассе гибнут дети.

— Когда война закончится, что будете рассказывать о ней своим внукам?
— У меня уже есть внучка. Она родилась недавно, поэтому пока она еще маленькая для таких рассказов. Но когда внучка вырастит, я обязательно расскажу ей о героических людях Донбасса, защищавших свою Родину с оружием в руках.

— Чем планируете заняться после нашей победы?
— Я останусь на Донбассе. Мне здесь очень нравится. Донбасс – это моя вторая Родина. В Донецке живут замечательные люди, они поддерживали свой город даже тогда, когда его бомбили. Даже тогда он был чище многих городов России и Европы. Я навсегда влюблен в Донецк! (Улыбается).

Наш разговор завершился. Доброволец поспешил к себе в расположение, а я осталась наедине со своими мыслями. На душе у меня было только одно чувство. Оно согревало меня и давало мне светлое ощущение радости и спокойствия. Это было чувство благодарности. Благодарности за самоотверженность и доблесть. Спасибо тебе, доброволец Евгений, что защищаешь, спасибо, что стоишь на рубежах до последнего!

Спецкор СДД в ДНР Татьяна Каралёва

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.