Cергей Охрименко, ополченец города Дружковки, ДНР. После начала боевых действий примкнул к ополчению, стал защищать родные земли, но, получив тяжелое ранение, после скитальчества по госпиталям, смог встать на ноги только в далёком Санкт-Петербурге, благодаря усилиям Елизаветинской больницы и военного врача Татьяны Александровны Киреевской. Встав на ноги, Сергей нашёл своё второе призвание – учить детей. Учить – не как воевать, но как жить. В настоящее время боец работает учителем географии в одной из школ под Санкт-Петербургом. Вступив в Союз добровольцев Донбасса помогает и своим товарищам по оружию, вернувшимся с войны.

Сергей Охрименко, ополченец г. Дружковка:

Когда началась война, все помнят 14-й год, братская война – Россия и Украина – все так думали тогда. Не знаю, как сейчас. У меня уже совершенно другие мысли. В июне месяце на мой родной город залетела «СУшка». Отработали «нурсами», в соседнем поселке, буквально в нескольких километрах от меня. По очистным сооружениям, чтобы город лишить воды. Это было отправной точкой.

В нашем городе стало собираться ополчение. Несмотря на то, что наш городок маленький, нас собралось достаточно много. Молодежь, пожилые ребята – все мы были настроены на защиту отчего дома. Пятого июля пришел приказ оставить город. С этим связано много вопросов – об этом рассуждать не буду. Согласно приказу нашего тогда главнокомандующего, город мы покинули. Приехали в Горловку поступили в подчинение Игорю Безлеру.

Ранение получил я 10 июля в поселке Карловка. Я открываю дверь «Урала», спускаю ногу, и сразу «прилетает» в ногу. Если бы секундой позже, то попало бы в грудь – я левой стороной выпадал с машины. В общем, очень здорово разбило ногу.

Лежали мы в Горловке, горловским врачам – большое спасибо. Обстрелы – минометы постоянно. Они никто никуда не убегал. Я уже не помню фамилий наших нянечек, хирургов, врачей. Нас была полная палата, со Славянска пацаны, в общем, сборная солянка. Ну что они смогли хорошо сделать – это поставить ампутации, Елизарова – из чего собрали. У меня аппарат Елизарова был полностью ржавый, но, во всяком случае, скрепили хоть чем-то. Потом нас увезли «за ленту», в Российскую Федерацию.

Очень много было госпиталей, где никто ничего не мог толком сделать, ну только что – перевязки, аппарат подтянуть, потом заменили на более новенький. В конце концов, по воле случая попал я сюда – в Питер. Сразу же нас положили в больницу. Буквально в течение нескольких недель мне поставили пластину. Все это замечательно зажило. Правда, пришлось походить долгое время с костылями. Но на данный момент – с палочкой. Я думаю, через пару месяцев я её брошу.

Что я Вам хочу сказать? Татьяна Александровна Киреевская – это вторая мама, и не только моя. Когда я сюда приехал, это был апрель прошлого года, я был семьдесят каким-то, кто лечился у Татьяны Александровны. Сейчас, насколько я знаю, цифра перекатила за 130. Но это не важно. Просто представьте, какую работу она проводит.

Татьяна Киреевская, воин-интернационалист, военный врач:

Всё, быстро! Вот, пожалуйста, учитель географии (показывает на Сергея — прим.). И, слава Богу! А сейчас еще получит… два образования получить – это Вам не фунт изюма! А самое главное, да? Сергей? (целует его – прим.). Вот для чего. Жить нужно, а не водкой, понимает, баловать организм, не запивать. Правильно я говорю, ребята? Вот и всё. Так что – сами самостоятельно выжили.

Затем Татьяна Александровна берет за руку Сергея и ведет его, проверяя, как он ходит. Ругается, обращаясь к матери Сергея – «Ёшкин кот! Оля скажи, вот где он хромает?»

Сергей Охрименко, ополченец г. Дружковка:

Не важно, какая политическая партия руководит страной, какой у нас политический строй – коммунистический, как в Китае, социалистический, капитализм как в большинстве стран. Здесь — кровь. А мы – русские. Не важно, как у меня написано в паспорте – украинец. Мне когда-то так написали, когда мне было 16 лет. Мне тогда было все равно. Я всегда был русским. Все мы русские, мы должны стоять друг за друга. Не важно, в какой стране. Пуска, было бы то же самое в Армении. Там тоже есть русские. Мы должны держаться вместе. Должны стоять, как в заповеди «за други своя»… Я вот так думаю…

Сергей Ширков

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.