На южных границах Советского Союза, а потом и Российской Федерации, с СНГ всегда было если не горячо, то постоянно тревожно. Направление постоянно находится под пристальным наблюдением. Данная привычка не является излишней, ситуацию на южных рубежах пространства большой Страны регулярно обсуждают на уровне правительств и силовиков Содружества.

В ноябре прошлого года, Москва проводила ежегодную встречу секретарей Совбезов стран-участниц СНГ. Среди выступающих на важном геополитическом поле, особое внимание заслуживает исполняющий обязанности генсека Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ) Валерий Семериков. Согласно его заявлениям, Афганистан на данный момент представляет собой «плацдарм для переброски в постсоветские государства недобитых боевиков ИГИЛ», а потому существует «реальная опасность формирования мощной экстремистской группировки» на границах с Таджикистаном и Туркменистаном.

И хотя конкретных названий группировок пока не озвучивают, но сложная военно-политическая обстановка в Афганистане требует значительного укрепления таджикско-афганской границы.

Не в первый раз звучат такие заявления: вопросы пограничной безопасности практически постоянно звучат на встречах в рамках ОДКБ, ШОС, СНГ, ООН. Ведь беспокойный и взрывоопасный сосед, Афганистан, часто провоцирует разновеликие проблемы и задачи для постсоветского пространства. В новейшей истории, таджико-афганская граница и приграничные районы испытывались на прочность не один раз.

Развал СССР оставил южные рубежи опасно открытыми

Вместе с остальными территориями бывшего Советского Союза, сразу после распада, Таджикистан столкнулся с рядом геополитических разломов и изменений. За несколько месяцев в руины была превращена уникальная система слежения, которую создавали на труднодоступных, практически необитаемых высокогорных участках границы. Помимо системы слежения, были опустошены пограничные постовые пункты. Некогда неприступная граница перестала быть достойным заслоном для наркотрафика и военизированных банд.

Проведём небольшой исторический экскурс. Практически в год обретения независимости, в Таджикистан пришла гражданская война (1992-1997). С лета 1992-ого, на таджико-афганский кордон стали прибывать массовые потоки беженцев — мирных жителей, спасавшихся от ужасов войны.

К текущему периоду уже давно был упразднён Среднеазиатский пограничный округ, количество погранвойск и проверяющих погранцов на заставах значительно уменьшилось. Однако именно им теперь предстояло заниматься не только уставной охраной границы, но и новыми, незнакомыми доселе обязанностями.

Весь 1992 год, прямо через контрольно-следовую полосу (КСП), следовали многочисленные грузовики и легковушки, большие телеги для перевозки хлопка, доверху наполненные вещами беженцев. На пунктах пропуска толпилось множество народа, потерявших в один момент крышу над головой и все необходимое для жизни. Даже воды и еды у несчастных зачастую не было. Множество беженцев оставались там до нескольких месяцев, пережив также зиму 1992-93 годов. Не давали умереть с голоду и от жажды им только пограничники.

В основной массе, беженцы всё же пересекли границу и оказались на территории Афганистана. Многих из них на новой территории ждала трагическая судьба. Безмолвный свидетель тех несчастий — огромное кладбище недалеко от лагеря беженцев-таджиков, разбитого под открытым небом возле города Мазари-Шариф.

Чтобы судить об условиях жизни здесь, стоит вспомнить жаркое лето того года, когда температура была не ниже 50 градусов, а воды и еды не было вовсе. От недоедания и обезвоживания, первыми умирали младенцы и маленькие дети, затем погибли их старшие братья и сестры, матери и другие родственники. Никто особо не считал количество погибших ни тогда, ни сейчас. Стыдливо геополитика обходит данные воспоминания стороной.

Население южных долин Таджикистана впервые в своей жизни увидело тогда иностранцев-наёмников. Очевидцы вспоминали позже, что эти банды вывозили спирт, сахар и готовую продукцию с винных производств, предавали огню и грабили фермы, за границу уводили скот, в городах нападали на квартиры. Никто не вспоминает и не выясняет, кто тогда помогал переходить границу этим нелюдям, тайна за семью печатями не раскрыта и по сей день.

Вплоть до осени 1992-го, границы среднеазиатского государства были абсолютно прозрачными и символическими. Новоиспеченные власти налегали на боевое противостояние с оппозицией, где там думать о жителях и границе. Таджико-афганскую границу продолжали удерживать лишь бывшие советские пограничники. Однако начавшаяся неразбериха и безвременье заставили многих из них покинуть тяжелейшую вахту.

В середине августа 1992 года, на официальном уровне создали Пограничную группу Федеральной пограничной службы в Таджикистане (ПГ ФПС РФ в РТ), охранять неспокойные границы заступили уже российские пограничники.

В мае 1993 года, Россия и Таджикистан подписали Соглашение о правовом статусе погранвойск РФ в РТ на срок в десять лет.

Гражданская война полностью разорила казну и без того поломанного распадом Союза Таджикистана. Стране не хватало ни продовольствия, ни самых необходимых товаров потребления. Если сравнивать возможности России на тот момент, то у Москвы нашлось больше средств для обеспечения охраны границ и приграничья. Логичным выглядит и тот факт, что РФ разработала и внедрила стратегию охраны в новых условиях, обеспечила материально-техническое оснащение погранслужб, выделила более выгодное денежное довольствие для пограничников.

Тогда контингент российских пограничников составлял 10 тысяч военных. Подавляющее большинство призывников-срочников, а также 70% контрактников составляли граждане Республики Таджикистан. Поступали они на службу добровольно, ведь финансовое довольствие выгодно отличалось от самой высокой зарплаты в стране. Помимо этого, погранцов хорошо кормили, а российский учебный центр обеспечивал отличную войсковую подготовку.

С того времени границу между РТ и Афганистаном надёжно перекрывала двойная линия обороны, где на первом уровне стояла ПГ ФПС РФ и таджикские пограничники, а второй эшелон замыкали солдаты 201-й российской мотострелковой дивизии.

И даже эти усиления не гарантировали безопасности и не всегда предотвращали прорывы боевиков и преступных наркоконтрабандистов через границу.

Трагическая история того периода вписана кровью в хронику пограничников. Например, оборона 12-ой заставы Московского погранотряда ПГ ФПС в июле 1993 года, когда превосходящие силы боевиков напали на заставу, прорываясь на таджикскую территорию. Столкновения жесточайшего характера длились 11 часов, в результате чего погибло 25 военнослужащих. Однако атаку бандитов удалось отбить. Остатки недобитков скрылись на территории Афгана.

Подписанное в 1993 году Соглашение предусматривало поэтапную передачу контроля границы таджикским войскам. Первым был передан участок границы Калай-Хумбского погранотряда в сентябре 1998-го. Его протяжённость составляет 73 километра и он является одной из сложнейших частей границы, поскольку расположен на высокогорном Памире, в узком ущелье Горно-Бадахшанской автономной области (ГБАО), в долине реки Пяндж. Заграждение там поставить или организовать КПП крайне сложно и количество работы у погранслужбы возрасло в разы.

После передача шла ускоренными этапами. Ноябрь-декабрь 2002-го стал временем смены караула на отрезке таджикско-китайской границы. А в конце 2004 года, под контроль таджикских пограничников, сдали оставшуюся часть идущего по Памиру участка границы с Афганистаном. Этот отрезок находится в зоне ответственности Ишкашимского и Хорогского погранотрядов. Интересно отметить, что в Хороге жители протестовали против ухода российского погранотряда. Дошло до курьёзов: у ворот ВЧ организовывали заслон, женщины навзрыд плакали, толпа просто организовала «живую стену». Неудивительно такое теплое отношение, поскольку русские войска находились в Хороге уже более века. На заре ХХ столетия, местные жители присягали русскому царю на верность, прося защиты от грабительских набегов афганцев.

На протяжении всего своего пребывания на Южном Памире, русские войска и во времена Империи, и в советское время, и даже в независимость, оказывали местным неоценимую помощь и содействие. Поэтому и уход российской армии отсюда был воспринят так болезненно местным народом. Для множества хорогчан это означало потерю работы, прекращение ставшей привычной помощи и перспектив.

Полностью границу передали к середине 2005 года — тогда в ведомство пограничников Таджикистана передали Московский и Пянджский участки таджикско-афганской границы, центр обучения и подготовки «Ляур» и центр Погрануправления ФСБ РФ в РТ. Пограничники Республики теперь владели всеми советскими заставами, центрами и зданиями в столице с имуществом ПГ РФ.

Можно с уверенностью сказать, что российские пограничники были гарантией спокойствия и защиты своими чёткими и профессиональными действиями. Во все время нахождения российской погрангруппы в Таджикистане (с 1992 по 2005 гг.), на таджикско-афганской границе были зафиксированы 530 боёв разной интенсивности, предотвращены 1600 попыток прорыва. В тяжёлых боях погиб 161 российский пограничник, 362 были ранены. Силами российских погранцов уничтожены 3 тысячи боевиков и наркоконтрабандистов, практически столько же пойманы и отправлены в тюрьмы. Оборваны и уничтожены наркотрафики, изъято более 30 тонн наркотических веществ, в том числе 11,4 тонны героина.

С момента ухода российских пограничников, власти Таджикистана намеревались полностью заменить и продолжить службу на ответственной части границ постсоветского пространства. Однако многое осталось на словах.

С уходом военных РФ практически сразу на границе возникли перебои и проблемы с обмундированием и провиантом, ГСМ, связью, значительно ухудшилось состояние КПП. Таджикские власти платили своим пограничникам значительно меньше, чем российские коллеги.

Не продлив Соглашение от 1993 года, Душанбе был вынужден с коленки писать новую стратегию охраны горячей границы, что требовало многолетней разработки.

Не сложились надежды на западную помощь. Хотя США и помогли им… выделили $13 миллионов на нужды границ, а ФРГ и некоторые другие страны оказывали пограничникам Таджикистана материально-техническую помощь. На что власти страны попеняли: не хватит столь малой суммы на достойную охрану границ. Чтобы переоснастить и обустроить границу, Западу надо выделить не менее $101 миллиона. А раз не даёте, то терпите все «неудобства», под которыми понимаются широкий наркотрафик и «коридоры террора» для боевиков-исламистов.

Чем сегодня живёт опасное направление, с какими вызовами сталкивается, поговорим в следующий раз.

Мария Коледа

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.